Машиностроение в Украине

Прошедший 2011 год подтвердил тезис о том, что кризис мировой экономики не заканчивается, а продолжается. Многие экономисты склоняются к тому, что в мировой экономической системе сформировался новый тренд развития при котором чередуются не сравнительно длинные подъёмы и краткие спады, а длительный кризисы и короткие периоды относительной стабильности. В этих условиях инвестиционные стратегии как таковые требуют серьезной корректировки. Причина этого не только в конкретных инструментах, но и в том, что эти инструменты уже просто не соответствуют сложившейся экономической системе и формирующемуся вектору ее развития.

Безусловный приоритет и явная переоценка реальной стоимости финансовых активов и сырьевых компаний во многом оставляли в тени предприятия реального сектора. Эти компании просто не могли обеспечить сверхвысокой доходности в короткие сроки и никто не думал о том, что именно их акции могли выступить определенным страховым инструментом в форме больших инвестиционных пакетов, рассчитанных на стабильный хотя и не высокий рост в течение длительного времени. Вместе с тем, часто совершенно игнорировался тот факт, что только такие предприятия, всегда обеспеченные реальными активами и реальным же спросом, с относительно хорошо прогнозируемыми показателями рынка, могли гарантировать финансовую стабильность инвесторам. Конечно, и в реальном секторе всегда были свои проблемы, в том числе связанные с уровнем кредитной нагрузки, тем не менее именно подобные предприятия могли обеспечить потенциальным инвесторам гораздо большую предсказуемость результата, чем сложные и во многом виртуальные финансовые инструменты весьма чувствительные к спекулятивным колебаниям рыночной конъюнктуры.

Россия, по моему мнению, адекватно отреагировала на изменения в системе экономического развития еще при первых признаках «мирового экономического шторма». Стратегическими приоритетами стали – модернизация реального сектора и стимулирование развития высокотехнологических отраслей, ориентированных на внутренний рынок в качестве альтернативы отраслям сырьевым и зависимым от мировой конъюнктуры. Способы реализации этой стратегии конечно вызывают ожесточенные дискуссии, но сам тренд развития вопросов уже ни у кого не вызывает. Безусловно, разные отрасли находятся в разном положении, но среди них уже сейчас есть такие, положение которых уникально и именно они в современных условиях становятся весьма и весьма привлекательными для инвесторов на «растерявшемся» рынке. Такой отраслью, в частности, является энергетическое машиностроение.

Отечественный энергомаш всегда был одной из самых высокотехнологичных отраслей экономики. Тут можно выделить две основные причины. С одной стороны, обеспечение энергетической безопасности и стабильного развития, как и логика роста самой энергетики диктуют необходимость регулярной смены технологической платформы каждые 20-30 лет. С другой стороны, строительство энергообъектов за рубежом и обеспечение их работы в периоды между сменами технологической платформы всегда было одним из мощных инструментов геополитики. Столь уникальное положение отрасли обеспечило в 90-е годы прошедшего века достаточно быстрое объединение ее предприятий в крупные частные и государственные холдинги такие как «Силовые машины», «ЭМАльянс», корпорация «Атомэнергомаш» и другие. Учитывая, что последняя масштабная модернизация российской энергетики проходила еще 70-е-80-е годы, инвесторы вполне разумно рассчитывали, что в первые десятилетия нового века спрос на современное энергетическое оборудование в стране неизбежно будет расти. Реформа РАО ЕЭС и последующее усиление государственного контроля за модернизацией и строительством энергообъектов подтвердили по сути ожидания инвесторов.

Ожидание большого, стабильного и довольно хорошо прогнозируемого отечественного заказа, а так же необходимость расширить свое присутствие на внешних рынках побудили владельцев энергомашиностроительных компаний довольно активно модернизировать собственное производство, сохранять и развивать инжиниринговые ресурсы, приобретать лицензии и искать референции у иностранных компаний, создавать совместные предприятия. Таким образом эта отрасль «вошла в кризис» находясь на достаточно современном технологическом уровне, имея стабильно высокие финансовые показатели и фактически гарантированно обеспеченная заказами на ближайшее десятилетие. Это, с учетом серьезной недооценки инвесторами потенциала подобных отраслей, делает энергомашиностроение сегодня весьма и весьма привлекательной «гаванью» для инвесторов в эпоху «шторма на рынке».

Нужны ли этой отрасли дополнительные инвестиции? Безусловно. Наличие масштабного заказа будет значительно увеличивать долговую нагрузку компаний отрасли, что в условиях дефицита ликвидности может стать серьезной проблемой. Это с одной стороны. С другой стороны, конкуренция с крупными международными концернами требует постоянных вложений в новые научно-технические разработки, источники которых в современных условиях тоже становятся проблемой. В этой ситуации события могут развиваться по нескольким сценариям, причем один из них совершенно не исключает другой. Инициаторами консолидации отрасли и создания мощных компаний «полного цикла» по аналогии с такими международными концернами как Siemens и Alstom могут быть как компании самой отрасли, так и смежных отраслей, ищущие “якорных” покупателей для своей продукции. Консолидация позволяет значительно снизить издержки и цены за счет «пакетного предложения» отечественному рынку, улучшить условия финансирования для покупателей, а следовательно, позволяет вполне серьезно говорить и о конкуренции на рынках внешних. Похоже именно по этому пути решили пойти «Силовые машины» и «ЭМАльянс», сделав соответствующее заявление накануне нового года. Если же говорить о движениях со стороны «смежников», например самих энергокомпаний, поставщиков энергоносителей или металла, то их собственный рынок постепенно снижает свою доходность, а издержки увеличиваются. В данном случае для решения этих проблем есть явная необходимость дифференцировать основной бизнес, поэтому участие в капитале энергомаша крупных металлургических, топливных и собственно энергетических компаний – вполне возможный вариант развития событий. Третьим сценарием на этом рынке может стать приход внешнего капитала. И здесь следует обратить особое внимание на капитал стран исламского мира. С одной стороны сегодня он несет серьезные политические издержки и ограничен в своем движении в развитых странах, ища замену этим «точкам приложения» на развивающихся рынках. С другой – этот капитал, в основе которого лежит добыча и экспорт сырьевых ресурсов, проявляет наибольший интерес к понятным и наиболее привлекательным для него отраслям, таким как энергетика вообще и энергомашиностроение в частности. Конечно, сценариев развития отрасли может быть больше, но даже этих сценариев вполне достаточно для формирования внятной инвестиционной стратегии.

Конечно, энергомашиностроение только один пример. Реальный сектор экономики гораздо шире. Можно говорить о других отраслях, где российские компании по-прежнему вполне конкурентоспособны – о телекоме и производстве удобрений (где успехи у отечественных компаний уже есть), тяжелом машиностроении и многом другом. Главное, что хотелось бы подчеркнуть – это необходимость глобальной переориентации инвестиционных потоков и пересмотра инвестиционных стратегий. Кризис показал, что исключительно спекулятивная ориентация финансов – это путь в никуда. Возможно активное возвращение капитала в реальный сектор кому-то покажется стратегией консервативной, но только таким образом, на мой взгляд, можно вернуть глобальным рынкам реальную устойчивость, обеспечение реальными активами и в конечном счете вернуть на рынок уверенность для обеспокоенных и растерявшихся в условиях кризиса инвесторов.


Читать полностью: http://industryinua.webs.com